К вопросу о separated

Поделись

Автор: © Рина Пиантанида, 2009

Продолжение. Начало здесь

Как-то я попросила прислать мне фотографии своих девочек. Он все время отказывался, потом даже обиделся на меня, решив, что я считаю его плохим отцом. Я перестала просить, а он взял и мне выслал парочку фотографий месяца через два. Когда я их открыла, я поняла все – он был образцовым отцом. Он никогда не бросит их и жену. Никто и никогда не станет между его дочками и им. Никто и никогда.

Одна фотография была снята в Альпах. Он лежал на шезлонге без шапки и в шикарных солнечных очках, в которых отражалось солнце и ровные ряды шезлонгов на заснеженной ровной площадке перед небольшой гостиницей. Вокруг великолепные снежные горы, а на нем примостились обе дочки в лыжных костюмах и варежках. От этой фотографии веяло такой гармонией и счастьем, дети были так веселы и радостны, что это понял бы даже слепой, если бы только ощупывал эту фотку руками.

Мне нравились наши отношения. Они не были просто приятельскими или любовными. Это был микс, это были качели, на которых я с удовольствием раскачивалась. Иногда мне казалось, что какое-то будущее возможно, потом я понимала, что это только кажется, и что это кажется только мне. Я сама начинала обижаться за свои несостоявшиеся планы. Бросала писать ему, потом начинала снова через время.

Как мы начинали? Я как-то с самого начала не верила в долговечность наших отношений, поэтому я решила не стесняться и задавать любые вопросы. Я задавала. Об истинных намерениях, о жене, о детях, о работе, о других женщинах в его жизни, о брате и семье, о друзьях, о сексе, о ценностях, о прошлом и настоящем, обо всем на свете. Он отвечал безупречно. Очень искренне, открыто, невероятно интеллигентно. Это действительно был мужчина хай-класса!

Я была дико удивлена, когда он рассказывал мне, что в юности увлекался панками и играл на бас-гитаре в группе. Он обожает рок и фанатеет от Head motors. Пьерри присылал мне ссылки на их некоторые клипы, и один трек мне даже понравился.

У него были очень красивые руки – длинные тонкие пальцы. Пьерри красиво держал сигарету в руке, когда курил, или чашечку с кофе. Во всем чувствовалось хорошее воспитание и хорошие манеры.

Наверное, благодаря такому открытому диалогу и сложились отношения – очень интересные по содержанию и глубокие по сути. В них был только один минус – очень-очень редко он писал мне первый. Очень редко. Но всегда откликался на мое Hi! Мы говорили о чем угодно – о мировом кризисе и любимых позах в сексе, о моих неудачных попытках на ниве дейтинга и его швейцарских подружках, о выходных с семьей (моих и его) и о последних кинофильмах. Это большое удовольствие общаться с умным собеседником. Его английский был безупречен. Ни одной ошибки я не увидела никогда. Скорость печати – невероятно высокая, слепая. Я обожала слушать, как он говорит на французском со своими клиентами. Это была музыка! Он абсолютно свободно переходил с одного языка на другой.

Объективности ради стоит сказать, что он никогда и никуда не звал меня. Он никогда не говорил о какой-то реальной встрече. Это был совершенно классический случай виртуального общения, которого никогда не станет реальным. Он не просил мой телефон НИКОГДА. Он не предлагал мне встретиться НИКОГДА, приехать к нему в гости НИКРОГДА, приехать ко мне в гости НИКОГДА.

Поверьте, это трудно не заметить. Это трудно не понять и не дать себе отчета в том, что отношения в какой-то момент перестают развиваться в сторону реальных, зависают и начинают крутиться по кругу.

Это заметила и я, и мне предстояло решить, что делать в этом случае. Я, конечно, в лучших традициях второй болезни дейтинга, попробовала взбрыкнуть. Написала ему – я не хочу с тобой общаться. Не знаю, на что я в тот момент рассчитывала, что он бросится к моим ногам, облобызает следы на песке и поклянется завтра же приехать? Ничего подобного не произошло (и не произойдет). Он (и поверьте мне, 99 человек из 100 сделают то же самое) сказал – хорошо, до свидания. И исчез.

Я не устаю повторять: Интернет – штука легкая. Здесь очень легко и быстро знакомятся и также легко и быстро прощаются. Хорошо, если еще говорят «до свидания», могут и не сказать даже этого. Я расскажу об этом в последующих главах. Человек, который был для тебя всем в последние несколько недель или месяцев, может просто в какой-то вечер сказать:

– Пока, целую.

И больше никогда в жизни не сказать: «Привет». И это вполне в духе интернетовских знакомств. Также легко попрощался со мной Пьерри.

Через пару дней я поняла, что я – круглая дура. Через три дня я поняла, что ничего, кроме виртуальных отношений с ним не будет. Черед четыре дня я поняла, что если у меня с ним ничего не будет, то и ни у кого из его сайтовских подружек тоже не будет. Это как-то окрылило меня. А через пять дней мне стало скучно без него. Мне не с кем было обсудить последние новости, мне не с кем было просто поржать и пококетничать. Я написала письмо с извинениями. Они были приняты тут же, мы вступили в новую фазу отношений – дружескую.

Я рассказывала ему о своих женихах, показывала их письма и спрашивала его мнения как эксперта. Его оценки были всегда точные, прямо в яблоко. Когда очередная неудача повергала меня в уныние, я ему изливала все свои горести. Я рассказывала ему, он задавал вопросы, пытался поддержать, как мог. А как он мог – да никак, но я видела, что мои слезы не оставили его равнодушным, он изо всех сил пытался меня успокоить и утешить. Это было невероятно трогательно.

Окончание следует

One Response to “К вопросу о separated

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *