Истории о дейтинге. Дитер (продолжение)

Поделись

1 (продолжение)

В каждом письме шел «отчет о проделанной работе» – чем был заполнен день, с кем встречался, как провел вечер. Смешно было, что одно письмо могло включать в себя следующее:

Начало – политическое положение в Ливии: визит Юлии Тимошенко к Муаммару Каддафи и приложением передовицы Триполи пост.

Середина – вчерашняя вечеринка, которую он организовывал у себя дома, и фотоотчет по ней.

Окончание – как приготовить венский струдель – вернее, как он это делал сам, что за чем кладется и пр.

Меня потрясала эта широта интересов! Его лучший друг был послом Германии в Ливии, и он  был очень дружен с ним и его женой. Как он успевал руководить ливийским представительством Австрийской компании по водоочистке, встречаться с министрами и дипломатами, взахлеб писать мне о «Сивильском цирюльнике», которого он слушал в постыне под открытым небом звездгной ночью на импровизированной сцене!

И с тем же интересом и вкусом о том, что он приготовил гостя, как сам делает замечательное вино, жарит ребрышки на барбекю.

Я обожала его замечательные ролики, которые он любил вкладывать в письма. Дочь все время вопрошала – где он их находит! Они были с текстом или без, наполненные чувством и шкодные, смешные до колик. Я даже стала складывать их в отдельную папку, отправлять подружкам, пусть посмотрят и поднимут настроение себе тоже!

Со временем к письмам и скайпу добавились телефонные звонки. Это было счастье читать на экране мобильника Dieter и сразу отвечать Hi  Honey! Как часто я попадала в неловкое положение, когда его звонок раздавался, когда а ехала в маршрутке. Я старалась говорить тише, и все маршрутка косилась на меня, как на иностранную шпионку в стане врага.

Я знала все его дни, что делал, где был, с кем встречался. При этом мне говорилось – вот если бы ты была со мной, то… вот если бы ты была здесь… Нужно ли говорить, что я в своих мыслях практически там уже была с ним – дома, в бассейне, на вечеринках, дипломатических приемах, прогулках в пустыню, на побережье и африканском сафари. Я смеялась, глядя на его потешную собачку Indefix, я «кормила» посудомоечную машину грязными тарелками и держала его руку в страром римском театре, слушая оперу, а потом полночи обсуждала услышанное и увиденное. В первый раз за этот долгий (или короткий) год дейтинга я нашла в точности то, что искала – все от внешних данных до внутреннего содержания. Я нашла то, что искала и даже лучше, потому что такой широты интересов я даже не предполагала. И все эти широкие интересы абсолютно сходились с моими широкими интересами. Мы могли расходиться в части отношения к политике. Но ведь это такая малость!

Время от времени по работе он должен был уезжать из Триполи в Вену. Там был головной офис, там были сыновья и его недвижимость – деревенский дом в Альпах. Он тоже мне был показан на снимках – от внешнего вида до перекладки водопровода, вышедшего из строя.

Первый раз он уехал в Вену на три дня. Три дня я была совершенно спокойна. Он в Вене, занят очень, дни расписаны поминутно. Он пытался писать короткие письма при случае, написал, что заехал к друзьям во Франкфурт и задержался на пару дней. Потом писем не стало – день, два, три.

Через три дня, когда  я решила не ждать ничего и мысленно попрощалась, – он написал. Или позвонил? Не помню. Объяснил, что был занят, покаялся, извинился.

Но работа была очень интенсивной, а жара прибавлялась. Весь день он проводил на работе – встречи, договоренности, контракты. Вечером деловая и светская жизнь продолжалась – нужно было присутствовать на разного рода бизнес-мероприятиях, тусовках, чтобы закреплять те договоренности, которые достигались днем. Он начал уставать. Как компенсацию этой усталости, он начал писать красивые и чувственные письма. В конце каждого неизменно добавлялось – я не должен был этого писать, ради Бога не обижайся на это!

Да как же можно обидеться на это – ни грамма пошлости, скабрезности, замечательный язык, изысканный стиль. Я никогда не читала ничего подобного.

Постепенно я привыкла к его присутствию с моей жизни, хотя письма стали реже – сказывалось напряжение на работе. Как-то он написал полное усталости письмо, что на работе сложно, в правительстве перетрубации, контракты откладываются, а Вена спрашивает когда? Вечером вместо того, чтобы отдохнуть, нужно тащиться на эти приемы, говорить с людьми не всегда приятными.

По телефону в голосе слышалась усталость. Сердце разрывалось на части – как и чем помочь, как облегчить напряженность последних дней, как подставить свое плечо? Как могла, поддерживала словом, старалась развеселить, радовалась его смеху в трубке, как ребенок.

(продолжение следует)

Дружески,

Рина

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *